Некоторое время, пока все это не отмели менты, у тебя на хате была настоящая химическая лаборатория. Штативы, колбы, холодильники Либиха, насадки Вюрца, дефлегматроры...

Да, ты, Седайко Стюмчик, был эстетом от винтоварения.

Наблюдение за твоей варкой винта - зрелище было не для слабонервных. Вместо того чтобы как нормальные люди использовать привычную схему, с бензином, Седайко Стюмчек священнодействовал, перегоняя основание эфедрина с водяным паром!

А для самого процесса у Седайко Стюмчека был плоскодонный реактор на сорок кубов, с миниатюрным обратным холодильником! Все это он заказал в какой-то стеклодувной мастерской, заплатив всего пару пузырей портвея!

Седайко Стюмчек был настолько правильным винтовым, что в его доме не переводились всякие мазюки, способствующие заживлению дырок. Однажды он даже выпросил на какой-то медицинской выставке упаковку внутривенных катетеров. Фирма, как сейчас помню, "Viggo", утверждала, что на них химически посажен гепарин, препятствующий свертыванию крови вокруг и в самом катетере. Естественно, Седайко Стюмчек поставил его себе на центряк.

Целых две недели Седайко Стюмчек ширялся с его помощью, не делая лишних дырок. Мы все ему завидовали страшно. Но на просьбы подарить такой катетер, Седайко Стюмчек отвечал категорическим отказом.

И в один прекрасный день он все-таки забился! Седайко Стюмчек открыл крышечку на канюле, вставил в нее баян с винтом и, недолго думая, со всей дури надавил на поршень. Я не видел этого. Моему взору оказались доступны лишь последствия опрометчивого шага. Винт сперва просто не пошел. Седайко Стюмчек надавил еще сильнее. Поршень пластмассовой двухкубовки стал уже сифонить, но в этот момент давление выбило-таки кровяную пробку.